Клинтон или Трамп: каким будет курс США в отношении России?

10 августа 2016

25 июля в Филадельфии открылся предвыборный съезд Демократической партии США, на котором Х. Клинтон была объявлена официальным кандидатом от данной партии. Ранее, 19 июля, Д. Трамп был утверждён в качестве официального кандидата от Республиканской партии. Таким образом, определились основные претенденты на победу на президентских выборах в США в ноябре 2016 г.

Об этом специально для официального сайта Фонда поддержки публичной дипломатии имени А.М. Горчакова пишет преподаватель исторического факультета Белорусского государственного университета, кандидат исторических наук Игорь Авласенко:

"Гадать, кто же всё-таки победит в предвыборной гонке, в настоящий момент практически не имеет смысла. Рейтинги обоих кандидатов, по данным различных социологических опросов, примерно схожи (38-42%), и на исход президентской кампании может повлиять любая малозначимая деталь. Непредсказуемость итогов подобного голосования продемонстрировал июньский референдум в Великобритании, где с перевесом в 4% победили сторонники "брексита". Поэтому целесообразнее проанализировать, какие перспективы несёт для Москвы победа каждого из двух кандидатов.

В средствах массовой информации (не только российских, но и западных) чаще встречается мнение о том, что именно победа Д. Трампа более выгодна Москве, поскольку его приход позволит начать взаимоотношения США с Россией с чистого листа, в то время как Х. Клинтон, которая в 2009-2013 гг. уже была госсекретарём США, продолжит прежний курс на конфронтацию, характерный для президентства Б. Обамы. По итогам прихода республиканской администрации в российско-американских отношениях возможна "Перезагрузка 2.0" (по аналогии с инициативой администрации Б. Обамы в феврале 2009 г.).

Помимо этого, традиционно бытует мнение, что Россия (и ранее Советский Союз) легче находили общий язык именно с республиканскими администрациями, чем с демократическими. Это объясняется тем, что внешнеполитический курс республиканцев отличается бóльшим прагматизмом, в то время как демократы чаще руководствуются идеалистическими мотивами во внешней политике. По-видимому, данное представление основывается на воспоминаниях о "разрядке" 1970-х гг., инициатором которой стала именно республиканская администрация Р. Никсона. Однако на самом деле внешняя политика республиканца Дж. Буша-младшего в не меньшей степени определялась идеологическими мотивами, чем внешняя политика демократа Б. Клинтона. В последнюю четверть века соотношение прагматизма и идеализма во внешней политике США определяется не партийной принадлежностью действующей администрации, а конкретными задачами американской политики и окружающим контекстом.

Идеализировать перспективы российско-американских отношений в случае избрания Д. Трампа президентом США не стоит. Вероятнее всего, они будут развиваться по тому же сценарию, что и в период президентства Дж. Буша-младшего. В 2001-2002 гг. (особенно после терактов 11 сентября) российско-американские отношения, казалось бы, вышли на позитивную динамику. Однако это потепление было скорее отражением неплохих личных взаимоотношений, сложившихся между лидерами двух государств – Дж. Бушем-младшим и В. В. Путиным. Противоречия между США и Россией обострились в преддверии начала военной операции в Ираке в 2003 г., а также в связи с переговорами руководства Соединённых Штатов с элитами восточноевропейских государств (Польши, Чехии) о размещении элементов американской системы ПРО. То есть системные внешнеполитические противоречия между Москвой и Вашингтоном никуда не исчезли, и в дальнейшем лишь обострялись, хотя личные отношения между двумя политиками оставались неплохими. В случае избрания Д. Трампа также не стоит уповать на то, что его отношения с В. В. Путиным нивелируют системное внешнеполитическое соперничество между Москвой и Вашингтоном. На короткий период (несколько месяцев, год) российско-американские отношения, конечно, могут улучшиться, однако в долгосрочной перспективе неизбежно последует их ухудшение.

Чёткой внешнеполитической программы у Д. Трампа пока нет, поэтому его внешняя политика выглядит непредсказуемо. Этому способствуют и отдельные внешнеполитические заявления эпатажного политика, противоречащие друг другу. В частности, он заявлял о намерении "наладить отношения" с В. В. Путиным, затем сказал, что у него для России имеется "кнут", а после объявил, что намерен защищать страны Балтии от России, но только в том случае, если они также выполняют свои обязательства перед Соединёнными Штатами. В этом смысле предстоящие российско-американские отношения будут напоминать крутые повороты в российско-турецких.

Представление о пророссийской позиции Д. Трампа скорее является ярлыком, который противники Д. Трампа (в том числе, и сторонники Х. Клинтон) растиражировали в средствах массовой информации как инструмент борьбы в предвыборной кампании. В реальности верно обратное: выбор Д. Трампом на роль вице-президента губернатора штата Индиана М. Пенса, который ранее неоднократно высказывался с предложением ужесточить американский курс в отношении России, свидетельствует о том, что позиция республиканской администрации в отношении Москвы будет жёсткой.

Как показывает практика, большие позитивные ожидания в российско-американских отношениях зачастую оборачиваются столь же большими разочарованиями. Самое лучшее тому подтверждение – развитие российско-американских взаимоотношений в период президентства Б. Обамы. Начавшись как "перезагрузка" во взаимоотношениях с Россией, спустя несколько лет они опустились до самой низшей точки со времени окончания "холодной войны". Подобная ситуация может повториться и в период возможного президентства Д. Трампа, причём в не менее острой форме.

В этом смысле политика Х. Клинтон, в случае победы последней, выглядит более предсказуемо. Официальная Москва не питает особых иллюзий и надежд, но чётче представляет основные цели и инструменты данной политики как в отношении России, так и в отношении других государств постсовесткого пространства. Вашингтон ожидаемо продолжит жёсткую линию в отношении России и курс на сдерживание интграционных процессов на постсовестком пространстве. Но в этом случае будет легче прогнозировать возможные шаги Соединённых Штатов (в том числе и жёсткие).

Однако в последние месяцы наблюдался ряд инициатив, который говорит о том, что уходящая администрация США стремится несколько снизить градус конфронтации с Москвой. В частности, в апреле и июле прошли два заседания совета Россия–НАТО на уровне послов, состоялся визит госсекретаря Дж. Керри в Москву с предложением более тесной координации действий США и РФ в ходе вмешательства в сирийский конфликт (хотя и в интересах Вашингтона), а администрация Б. Обамы демонстрирует сдержанное отношение к законопроекту Конгресса США о стабильности и демократии в Украине, который увязывает полную отмену антироссийских санкций с возвратом контроля Киева над Крымом.

Представляется, что данные шаги в значительной степени связаны с предвыборной кампанией, в которой российскую карту более успешно разыгрывает Д. Трамп. Б. Обама стремится оставить своей преемнице Х. Клинтон пространство для манёвра в будущих переговорах с Москвой. Вполне вероятно, что в случае избрания Х. Клинтон на пост президента США именно от неё будет исходить инициатива по смягчению отдельных аспектов российско-американских отношений. Очевидно, эксперты и советники Х. Клинтон по внешней политике также понимают, что В. Путин, вероятнее всего, останется Президентом России и после выборов 2018 г., в связи с чем новая администрация США будет стремиться формировать внешнеполитический курс в отношении России на длительную перспективу.

Конечно, о существенном улучшении взаимоотношений в долгосрочной перспективе между Москвой и Вашингтоном речи не идёт. Свидетельством этому является размещение элементов американской системы ПРО в Европе, а также батальонов НАТО в странах Балтии и Польше, а это шаги, рассчитанные, как минимум, на ближайшие 10-15 лет. Согласно решениям саммита НАТО в Варшаве, ожидается усиление присутствия Североатлантического альянса в Юго-Восточной Европе (приближённой к Крыму). Это означает сохранение напряжённости на восточноевропейском театре международных отношений и, как следствие, в российско-американских отношениях. Тем не менее, в случае победы Х. Клинтон перспектива российско-американских отношений представляется более стабильной.

Таким образом, часто встречающаяся оценка, что именно победа Д. Трампа более выгодна Москве, представляется не совсем обоснованной. Избрание президентом Х. Клинтон может стать более приемлемым для нынешнего российского руководства, хотя бы потому, что оно позволяет реалистично просчитывать внешнеполитическую стратегию США на более длительный период. В случае же победы республиканца смягчения политики США ожидать также не приходится, а курс Вашингтона может стать менее непредсказуемым.

И в этом смысле традиционные представления о Демократической и Республиканской партии меняются местами: в данной ситуации Москва именно в отношении демократов не питает особых иллюзий, в то время как завышенные ожидания от республиканского кандидата могут обернуться утраченными надеждами".

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им. Горчакова. 

Теги