Яна Лексютина: Отсутствие единой позиции — не помеха для БРИКС

07 декабря 2016

О том, почему не следует недооценивать эффективность БРИКС, в интервью "Росбалту" рассуждает доктор политических наук, доцент кафедры американских исследований СПбГУ Яна Лексютина.

— В последнее время в экспертной среде все чаще звучит критика в адрес БРИКС. Некоторые наблюдатели указывают на экономические проблемы участников объединения, высокий градус напряженности между Китаем и Индией, а самое главное — на отсутствие единой позиции по ключевым внешнеполитическим вопросам. На ваш взгляд, внутренние противоречия действительно могут оказаться сильнее политических договоренностей?

— Сомнения относительно перспектив развития БРИКС высказываются с момента его создания. Как правило, так называемые БРИКС-пессимисты, которых особенно много на Западе, акцентируют внимание на разногласиях между членами объединения. В этой связи, конечно, чаще всего упоминаются китайско-индийские отношения. Территориальные споры, тибетский вопрос, тесные связи Китая с Пакистаном и перспективы вхождения Индии в постоянный состав Совета безопасности ООН — противоречий действительно немало.

Однако на этом фоне, как мне представляется, значимость взаимодействия двух стран в формате БРИКС, напротив, повышается. Сторонам необходимо наращивать сотрудничество в разнообразных форматах, чтобы избежать развития событий по негативному сценарию. И в Дели, и в Пекине это хорошо понимают. И, кстати, градус напряженности между Китаем и Индией не столь высок, как например, между Китаем и Японией, или до недавнего времени — между Китаем и Филиппинами.

— Но есть же еще экономические проблемы…

— Конечно, Россия и Бразилия столкнулись с рецессией, а в Китае и ЮАР сейчас снижаются темпы роста. Не удивительно, что экономические трудности в четырех из пяти стран БРИКС дали пессимистам новые аргументы.

Однако если обратиться к макроэкономическим показателям, то видно, что БРИКС продолжает наращивать свою долю в мировом ВВП. В 2015 году она составила 22,2% против доли западных развитых стран G7 в размере 46,3%, тогда как, например, в 2008 году соотношение было 14,6% против 52,5%. А если посмотреть на ВВП по паритету покупательной способности, цифры еще более впечатляющие: в 2015 году соотношение долей БРИКС и G7 составляло 30,8% против 31,4%.

— А насколько критичны внешнеполитические разногласия между участниками БРИКС?

— Здесь тоже все неоднозначно. Во-первых, если внимательно прочитать декларации, выпускаемые БРИКС по итогам саммитов, то там достаточно четко прописаны консолидированные позиции объединения многим важным международным и региональным вопросам. Во-вторых, нужно понимать, что наличие единой позиции по всем пунктам мировой повестки в принципе невозможно. У каждой страны есть собственные национальные интересы и внешнеполитические задачи. Ни в одной международной организации, союзе или блоке стран нет полного консенсуса — это нормально.

— Страны БРИКС находятся в разных отношениях с США и Западной Европой. Может ли это мешать продвижению или отстаиванию единой внешнеполитической повестки стран-участниц, если таковая имеется?

— Ни у одной из стран БРИКС нет союзнических отношений с США или странами Западной Европы. Ни одна из них не следует в фарватере внешней политики западных стран. Спекуляции относительно якобы прозападного крена Индии при Нарендре Моди или Бразилии при Мишеле Темере довольно беспочвенные. Обе эти страны лишь пытаются развивать взаимовыгодные отношения как со странами БРИКС, так и с Западом, равно как и с другими акторами мировой политики. Мне кажется, пора прекратить рассматривать международные отношения через призму игры с нулевой суммой.

В любом случае, контакты с США и Европой не могут мешать продвижению единой внешнеполитической повестки. Конечно, если под единой повесткой вы не подразумеваете создание антизападного и антиамериканского блока.

— А какую роль в БРИКС играет тема борьбы с международным терроризмом?

— Учитывая усиление угроз, исходящих от террористических организаций, эта тема, безусловно, присутствует в повестке БРИКС. Хотя ключевой она не является. БРИКС все-таки не военно-политическая организация. Механизмов наподобие антитеррористического центра ШОС у БРИКС нет. Но функционирует, например, рабочая группа БРИКС по вопросам борьбы с терроризмом.

— На фоне сокращения деловых контактов с Западом БРИКС предоставляет российскому бизнесу альтернативные возможности для расширения международного сотрудничества. Какие экономические проекты уже существуют или будут реализованы в странах БРИКС?

— У БРИКС есть несколько важных механизмов стимулирования торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества между странами объединения. В первую очередь, это недавно созданный Новый банк развития, занимающийся финансированием инфраструктурных проектов в странах БРИКС, и Деловой совет, призванный содействовать реализации бизнес-проектов и начавший работу в июле 2015 года.

Новый банк развития уже одобрил выдачу кредитов на реализацию пяти проектов в области энергетики, технологий использования солнечной энергии и генерации "зеленой" энергии. Каждая из стран БРИКС получила по проекту. $300 млн выделяется Бразилии, $250 млн — Индии, $180 млн — ЮАР, $81 млн — Китаю и, наконец, $100 млн — России.

— А на что Россия планирует потратить эти деньги?

— На строительство двух малых гидроэлектростанций в Карелии.

Кроме того, на саммите в Гоа в прошлом месяце был подписан меморандум о взаимопонимании по совместной разработке инвесторами стран БРИКС Ключевского золоторудного месторождения в Могочинском районе Забайкальского края с ожидаемыми инвестициями в размере $400-500 млн. В случае его одобрения, этот проект станет первым совместным инвестиционным проектом БРИКС.

Ну и, наконец, существует большое количество двусторонних инвестпроектов. На саммите в Гоа только между Россией и Индией было подписано 18 соглашений о совместной работе в различных областях. Много проектов запланировано и в рамках китайского мегапроекта "Один пояс, один путь".

— Сейчас, когда во всем мире замедлился экономический рост, на первый план выходят социальные вопросы и проблемы устойчивого развития. Что БРИКС может предложить в этом плане?

— С каждым саммитом БРИКС появляются новые направления взаимодействия, в том числе имеющие отношение к социальной проблематике и перспективам устойчивого развития. Обмен опытом и выработка общих ответов на нетрадиционные вызовы, на мой взгляд, могут оказать серьезное положительное воздействие на ситуацию в социальной, экономической и экологической сферах.

Беседовала Мария Лямцева

"РОСБАЛТ" – для Фонда им. Горчакова.

Позиции авторов публикаций, размещенных на сайте http://gorchakovfund.ru, могут не совпадать с позицией Фонда им. Горчакова. 

Теги